Молодой художник родом из Воронежа стал известен благодаря необычному эксперименту по выживанию без денег. В 2010 году он переехал в Китай, снял практически пустую квартиру в Шанхае и опубликовал объявление о том, что готов делать портреты в обмен на полезные в быту вещи. Так возник проект «Натуральный обмен», каждый этап которого связан с определенной тематикой, диктуемой жизненными обстоятельствами автора. Мы выяснили у Сергея, какое место занимает Китай в его сердце и как как сложилась судьба проекта два года спустя.
ChinaLogist: Сергей, почему Шанхай? Как получилось, что Вы поселились здесь. Чем именно понравился Китай?
Это целая история. Ее можно найти в "Незаконченой книге", "Осень халасо" называется. Если совсем кратко, я просто сделал в Китае персональную выставку, и она прошла с большим коммерческим успехом. Мой переезд в КНР был связан, главным образом, с деньгами. Хотел заработать, поскольку работы пользовались спросом, хорошо продавались.
А как Вы относитесь к утверждению: мол, Баловин поехал в Китай, потому что там полтора миллиарда жителей – рисовать не перерисовать!
Ха-ха, хорошая шутка! На самом деле, с чувством юмора люди, которые так думают.
Да, но бытует также мнение среди непосвященных, что, мол, китайцы вообще все на одно лицо. Создание портрета не требует практически никаких усилий.
Здесь есть доля истины. Однако китайцы все разные внешне. Поначалу я и сам их путал, а потом просто привык. Для европейского глаза сложно: у нас своя психология восприятия. Да, я часто слышу мнения, что китайцы «все одинаковые», но на поверку это совсем не так.
Насколько китайская публика благодарная в моральном и материальном плане?
Люди здесь очень отзывчивые. Многое зависит от того, в какой провинции ты находишься: Китай Китаю рознь. Мой первый художественный опыт в стране был связан с провинцией Шаньдун. Здесь представления людей об искусстве сильно отличаются от взглядов населения Шанхая и так далее.
В чем принципиальные различия?
Чем дальше от главных китайских мегаполисов, тем консервативнее зритель. Люди думают о живописи примерно так же, как в Воронеже. Причина тому – специфика провинциального художественного образования. Китайцы брали за основу эстетические принципы соцреализма. Сюда ехали преподаватели из СССР, да и до сих пор едут из России. Преподают по старой методе. Во времена построения коммунизма соцреализм был признан официальным, главным стилем в искусстве. До сих пор эта манера живописи ценится по обе стороны границы.
У провинциальных китайцев достаточно приземленный взгляд на изящные искусства. Он ограничен серединой XIX – началом XX вв. Это примерно так же, как у нас в Советском Союзе поставили передвижников во главу угла как некий канон, на который все обязаны ориентироваться. Все китайцы хорошо знакомы с работами Сурикова, Репина, Шишкина, которых, кстати, плохо знают на Западе. Там больше ценится русский авангард – полотна Малевича, Кандинского, Шагала, Лисицкого. В целом, художественное образование в российской и китайской глубинке очень похоже!
С Шанхаем другая история. Это современный мегаполис, в котором прекрасно развито современное искусство, как в Москве, Нью-Йорке и других мировых столицах. И, конечно, то, что преподается в провинциальных вузах, здесь не ценится.
В провинции Шаньдун очень хорошо раскупали мои работы. Я рисовал с одной целью: заработать как можно больше. Понимал тренд и писал пейзажи в реалистической манере – так, как меня учили в Воронеже – березки, озера, поля и перелески. Китайцы скупали всё, словно горячие пирожки.
В Шанхае это номер не прошел, да я даже и не пытался продавать там подобные изыски. Полностью отдался проекту «Натуральный обмен» и был счастлив, что ушел с этих коммерческих рельсов. Затягивает сильно! Привыкаешь с быстрым, легким деньгам. У меня получалось зарабатывать много: рассчитывал в течение года накопить на квартиру. Но потом резко поменял отношение к этому. Перебрался в Шанхай, присмотрелся. Встал выбор: либо ехать обратно в провинцию, либо жить в мегаполисе, в новой непривычной среде. Я остался в Шанхае. А в провинции практически никто не говорит по-английски. Возникает языковая изоляция: если ты не говоришь по-китайски, тебе будет очень сложно адаптироваться.
Как Вы преодолевали языковой барьер?
Общался с людьми через переводчика. В России преподавал живопись студентам из Китая, и со мной на мероприятиях всегда был один из моих учеников, который переводил с китайского на русский. В Шанхае же я мог вполне самостоятельно существовать, поскольку английский знают все. Окончательный выбор сделал именно в пользу этот удивительного, уникального города. Он очень красивый, интересный, живой. Я влюбился в Шанхай с первого взгляда и остался жить здесь по зову сердца.
Что ждет дальше «Натуральный обмен»? Проект будет продолжен, либо у Вас появились другие интересы, новые ориентиры?
На самом деле, акция только начинает набирать обороты день за днем. Пока она мне не надоела. «Натуральный обмен» трансформируется, сейчас он уже больше похож на снежный ком: я катнул его с горы, и он катится все быстрее, увеличиваясь в размерах. Скорее, это он уже управляет мной, а не я им.
Станет ли «Обмен» основой для новых проектов - социальных, благотворительных?
Год назад, после Новосибирска я отправился в Черногорию, где возникла идея о кругосветном путешествии. В котором я нахожусь уже третий месяц!
По какому пути проследуете вокруг света?
На моем сайте есть карта, где указаны все пункты будущих остановок и места, в которых планирую побывать. Все мои перемещения по миру были бесплатны, в том числе и билеты. В мае 2012 года у меня возникла идея, что с проектом нужно путешествовать. Перемещаясь из города в город, я получаю больше внимания на новом месте. Это вызывает информационный всплеск: публикуются анонсы, люди идут на портретные сессии целенаправленно. А когда долго сидишь на одном месте, уже сложнее собирать публику, поддерживать проект информационно. Последние полгода в Шанхае проект работал не так интенсивно. Люди шли, конечно, многие приезжали из России, ставили галочку в своем путеводителе: «зайти к Баловину».
Получается, Вы стали уже местной знаменитостью. А ведь в Шанхае есть «Русский клуб». Устраивает культурные вечера, ориентированные на соотечественников, которые живут и работают в городе. Вы принимаете участие в таких мероприятиях?
Конечно. Более того, меня даже включили в состав правления «Русского клуба». С ним связана история «Нехорошей квартирки». Снимал квартиру в одном из спальных районов Шанхая. Именно здесь и начался «Натуральный обмен». Дело в том, что сама квартира была пустая. Соседка этажом выше выезжала, избавлялась от ненужных вещей. Мы попробовали поменяться: утюги на чайники, сковородки на кастрюли и так далее. А потом уже это все переросло в концепцию обмена с людьми вообще.
Так вот, свою квартиру мне удалось полностью обставить благодаря «Натуральному обмену». Со временем она превратилась в музей-выставку меновых вещей. Ну а уже потом пришли ребята из «Русского клуба» и предложили поставить дело на масштабные рельсы: проводить у меня дома регулярные вечеринки и даже делать платный вход, чтобы отбивать аренду квартиры.
Так началось наше с «Русским клубом» сотрудничество: они публиковали анонсы вечеринок, я предоставил уютное место для сбора русской общественности. Постарался сделать встречи формате, интересном мне. Потому что на самом деле встречи «Русского клуба» в Шанхае - это, как правило, массовые посиделки по 70-80 человек в каком-нибудь пабе.
То есть, всё в лучших русских традициях…
Да, именно так. Причем, люди ещё между собой делятся на маленькие группы по 2-3 человека: кто кого знает, те и кучкуются. А по сути, такого тесного общения и не происходит: новички сидят, забившись, в сторонке, потому что стесняются подойти к «старичкам». Мне хотелось сломить это положение дел, сделать вечера в формате встреч с интересными гостями. Чтобы народ приходил не просто пива попить, а пообщаться с поэтом, музыкантом, актером, писателем. В Шанхай постоянно приезжают талантливые люди из России. У меня в «Нехорошей квартирке» в гостях были и режиссеры, и музыканты, и кого только не было!
По поводу портретов. Принимаете ли Вы деньги за свои работы?
Нет. Я совершенно отказался от использования денег. В последнее время вообще даже не держу в руках. Моя жизнь и деятельность целиком строится на натуральном обмене. Билеты для кругосветного путешествия я получаю за портреты. Однажды мне нужно было попасть из Одессы в Стамбул на самолете. Организаторы попробовали убедить посетителей скинуться, однако люди в итоге восприняли этот вынужденный шаг как то, что я всё-таки работаю за деньги. Сразу установились некие ценовые планки, что-то вроде «20 гривен за портрет». Но моя идея состоит в том, что никакого енежного эквивалента моей работы просто нет! Кто-то считает нужным дать за рисунок чупа-чупс, а кто-то готов купить авиабилет целиком. Каждый оставляет выбор за собой. Однако и тот, кто дарит чупа-чупс, и тот, кто покупает билет, получают равнозначные портреты. Нет такого, что вы мне подарили дорогую штуку, а я вам за это напишу портрет золотыми красками. Он будет таким же семиминутным наброском. Поэтому денег я не принимаю. И В Шанхае ко мне приходят люди, которые уже знают, что нужно что-то принести в обмен на портрет. Еду, напитки, предметы интерьера. Все, что угодно, только не деньги!
Вы можете рассказать о самом ярком впечатлении, которое Вам подарила встреча с Китаем?
Для меня в Китае не было и нет, пожалуй, чего-то одного самого-самого яркого. Таких моментов очень много! Проект «Натуральный обмен» делает каждый мой день не похожим на вчерашний. Фактически, я избавлен от рутины. Все время нахожусь в движении, перемещаюсь, меня окружают новые люди, возникают разные ситуации… Хочу выбрать время, сесть перед камерой и «наговорить» в этот видеодневник дни своего кругосветного путешествия, которое началось 1 февраля 2013 года. Уверен, я буду помнить каждый его день, потому что один совершенно непохож на другой. Я смогу восстановить по памяти события путешествия, происходившие со мной.
Что приносят китайцы в обмен на портреты?
Китайцы порой ведут себя как дети, часто несут милые и смешные, но несуразные мелочи. Кто сразу понимает задумку, дарит практичные презенты. Но все так или иначе стараются, чтобы дар отражал традиции и культуру Поднебесной. Часто говорят: «а это вот традиционное блюдо из моей провинции, где я родился и вырос». У китайцев чрезвычайно развит культ еды. Фактически, для них это способ самовыражения – через угощение.
Вы совсем не берете деньги в руки?
Совсем. Я беру их в руки только чтобы посмотреть на водяные знаки (смеется), а так совершенно не пользуюсь ими! До путешествия были случайные траты вроде одного доллара в месяц, но не более. Я и без них отлично себя чувствую!
Какие у Вас планы на будущее? Покинете Китай, или приросли к нему душой?
В КНР вернусь, конечно, но года через полтора-два. Ровно столько займет моя дорога вокруг света. Сейчас я еду по Европе, остановился в Черногории. После заскочу в Москву, чтобы сделать новые визы. Они мне всегда достаются бесплатно, по обмену. А дальше буду решать, еду ли я в Америку, либо в Азию. Ждут везде, пожалуй, в Америке даже больше. Но я очень скучаю по Шанхаю. Есть большая вероятность, что я остановлюсь там спустя полгода, но вернусь ли жить – вопрос открытый. Конечно, жить я хотел бы именно там, но вдруг мне понравится где-то еще? Когда путешествуешь по свету, меняются взгляды на страны и на привычные вещи.
Хотите стать участником проекта «Натуральный обмен» - заходите на мой сайт. Карта с геоточками – это места, куда меня зовут, и куда я точно заеду рано или поздно.
До встречи!
