Неокончательное решение
Субсидирование из госбюджета и тарифы на перевозку грузов уже давно стали больной темой для гигантской корпорации. В 2014 году РЖД, уже традиционно, грозили убытки, но на этот раз очень большие, 100 млрд. рублей. Поэтому глава монополии Владимир Якунин просил президента России Владимира Путина помочь РЖД: индексировать железнодорожный тариф на перевозку выше уровня инфляции, то есть вместо 6% на 10% и выделить дополнительно 45 миллиардов рублей из бюджета. Это почти удалось, тарифы были повышены, деньги предоставлены, правда, на 15 млрд. меньше, чем просил Якунин. В начале 2015 года РЖД ещё ввело экспортную надбавку в 13,4% в рамках "тарифного коридора".
Распространена версия, согласно которой одной из причин увольнения Якунина были завышенные требования РЖД к государству, в плане роста субсидирования, повышения тарифов. Так ли это, точно неизвестно. Однако, грузовладельцы, в том числе очень крупные, выражали недовольство ростом тарифов. Так, в "Русале" заявляли, что за последние десять лет доля транспортных расходов в себестоимости продукции выросла до 17%, привлекательны стали речные и автоперевозки и на расстояние свыше 2,5 тыс. км, хотя грузы «Русала» традиционно транспортировались железной дорогой.
Согласно отчётности по МСФО о деятельности РЖД под руководством Владимира Якунина выручка монополии увеличилась на 11,4%, но за счет повышения тарифов на грузоперевозки, но как РЖД при этом работали, можно посмотреть на диаграмме. РЖД настаивали на продолжении индексации и в 2016 году, уже на 17,7%.
В начале сентября состоялся Восточный экономический форум, на котором уже новый президент ОАО РЖД Олег Белозеров, объявил о том, что в течение полутора лет будет полностью изменена тарифная система РЖД. Но уже в течение трёх месяцев тарифы должны быть введены новые тарифы. Почти в то же самое время был обнародован финансовый план РЖД, в котором предусматривалась индексация тарифов на 10%, и плюс к тому 40 миллиардов рублей субсидий на «поддержание финансовой устойчивости». (Общий размер господдержки железнодорожной монополии составляет 173,6 миллиарда рублей, но это с инвестиционными проектами).
Но Федеральная антимонопольная служба выступила против субсидий РЖД в случае, если будет проведена индексация грузовых тарифов на уровне 10%. Глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев также выступил фактически против многомиллиардных субсидий. Он заявил, что обсуждать выделение субсидий РЖД в 2016 году можно лишь при индексации грузотарифа на 7,5%, а при 10% — субсидии компании уже не потребуются. Очевидно, возник межведомственный спор о величине субсидий в зависимости от повышения тарифов.
Противники больших субсидий, видимо, оказались более настойчивы. Так, министерство транспорта России хотя и поддерживала и индексацию в 2016 году грузового тарифа РЖД на 10% и субсидии в размере 35-40 миллиардов рублей, но заявила о том, что будет сближать позиции с оппонентами - Минэкономразвития и Федеральной антимонопольной службой (ФАС) - до окончательного решения вопроса.
Уже в октябре Олег Белозеров сообщил о том, что ОАО «Российские железные дороги» нужно 22 млрд. рублей субсидий из госбюджета на 2016 год при учете роста тарифов на грузовые перевозки 10%. То есть требуемая у государства сумма субсидий сократилась на 50 млрд. рублей. Позднее появились подробности от А. Улюкаева: субсидированы будут пассажирские перевозки в 2016 году (сумма 60 млрд. рублей), при этом пассажирские тарифы будут проиндексированы на 4%, грузовые — на 10%. Но окончательного решения не принято.
Демонополизация возможна
Увольнение Якунина новость номер один о РЖД, новость номер два – предложение Минэкономразвития о разделении РЖД на две компании - инфраструктурную и локомотивную. Предложение обнародовал директор департамента Минэкономразвития Ярослав Мандрон, который заявил, что структуру РЖД необходимо разделить с помощью внедрения отдельного учета инфраструктурного и локомотивного направлений или выделение локомотивного направления в отдельную компанию, но 100%-ю «дочку» РЖД. МЭР выдвинул своё видение будущего РЖД 7 октября.
На самом деле, это продолжение дискуссии на высшем уровне о выделении локомотивного направления в отдельную компанию. Точка зрения Минэкономразвития РФ изменялась. Так, в 2010 году в МЭР посчитали неоправданной либерализацию услуг локомотивной тяги, ожидаемую независимыми операторами грузоперевозок, сообщил на брифинге замдиректора департамента госрегулирования тарифов. На тот момент существовал "Целевая модель рынка грузоперевозок до 2015 года", в которой декларировались сохранение и единство РЖД в отрасли грузоперевозок и их интеграция с инфраструктурой.
В 2015 году дискуссию оживил президент РФ Владимир Путин, на одном из совещаний в апреле заявив: "Что касается тягового подвижного состава, надо посмотреть, ведь заказы на локомотивы будут дозагружать наши производственные мощности, и частные компании готовы были бы это сделать при условии, что им разрешат использовать их в своей работе". Вопрос либерализации рынка локомотивной тяги Путин поручил вице-премьеру Аркадию Дворковичу.
В июне директор департамента Минэкономразвития Я. Мандрон говорил о том, что Минэкономразвития выступает за централизованную закупку локомотивов РЖД и пока не видит необходимости в присутствии частных локомотивов на железнодорожной сети. То есть МЭР был против разделения РЖД.
По всей видимости, ситуация существенно изменилась, если в МЭР стали выступать за выделение локомотивного направления, пока в рамках РЖД. Наконец, в октябре, президент РФ Путин заявил о том, что Россия будет двигаться по пути демонополизации в железнодорожном транспорте, назвав неубедительными аргументы сторонников монополии о том, что РЖД не могут или не должны выпускать из своих рук некоторые элементы всего этого бизнеса.
Тот факт, что об этом заявил сам президент, может свидетельствовать о том, что принципиальное решение о демонополизации РЖД принято. В то, что демонополизации могут дать ход, сложно было бы поверить до августа 2015 года. Но теперь, после увольнения знаковой для РЖД фигуры и отказа выполнять растущие требования субсидиям, не вызовет удивления, если история РЖД как монополии подошла к концу.
