Больше года, как мы вступили в ВТО. Сломано много копий, сказано много слов до, и вот прошло больше года - слов стало гораздо меньше... Связано это с тем, что никаких чудовищных (или, наоборот, счастливых) перемен почти не заметили. Кое-кто дежурно порадовался, скорее по идеологическим соображениям, некоторые и впрямь испытали удар по бизнесу. Особенно аграрии, хотя, прямо скажем, насколько ВТО повинно в бедах конкретных хозяйств, и до того с трудом тянущих лямку – большой вопрос...
Китай в ВТО – и мы в ВТО. Что дальше?
Воспользуемся древней китайской мудростью – недеянием, и не станем спешить с оценкой, становясь под флаг сторонников или противников ВТО: ясно, что действительно масштабные, системные эффекты не проявятся за один год. Но все же оглянемся: как решение правительства отразилось уже на судьбе нашей с вами делянки – торговле России и Поднебесной? Ведь КНР, как известно, наша старшая сестра по ВТО, любимица Запада, сумевшая за 10 лет сполна зачерпнуть выгод от своего вступления в организацию. А мы?
В самом Китае отношение ко вступлению нас в «их» торговую организацию также не вполне однозначное. Разумеется, ожидания большие – были и есть. Гиганты китайского автопрома JAC Motors и Great Wall Motors надеются, что к 2019 г. Россия понизит тариф на импорт седанов с 30% до 15% Пока что иностранные товарищи, как известно, получили только новый утилизационный сбор, сведший их выгоду на нет; что, впрочем, очень в духе тактики большинства стран в ВТО, в том числе и самих китайцев, неоднократно «включавших дурачка» для защиты отечественного производителя.
Довольные китайские эксперты, подчеркивая, какой торговый рай теперь наступит для двух стран, особенно радостно указывали на то, что РФ и КНР нечего делить, т.к. их экономики являются «взаимодополняющими»: Россия главным образом экспортирует в КНР энергоносители и сырье, а Китай к нам – готовую продукцию. Помнится, в XIX в. экономика Поднебесной примерно так же удачно дополняла экономики колониальных держав, но тогда почему-то никто не радовался.
При вступлении в ВТО у России были более прочные, чем у Китая, научно-технические позиции и высокие экономические показатели.
Риторику китайских партнеров, приветствующих наше вступление в организацию, хорошо озвучил, например, Лин Цзи, министр-посланник Посольства КНР в РФ по экономическим и коммерческим делам. «Вступление России в ВТО – это <…> новые возможности для углубления торгового и инвестиционного сотрудничества Китая и России» - отметил он во время интервью, высказав массу благих пожеланий.
Однако часть китайских аналитиков испытывает и сомнения в радужных перспективах, смысл которых можно выразить так: «если торговать с Россией станет проще, мы, конечно, придем, но ведь и другие тоже не дураки». Действительно, со вступлением России в ВТО та практически охватила глобус; притом, в теории, абсолютно для всех конкурентов создаются равные торговые условия. Вступление в ВТО также открывает для России возможности использования ВТО-шного антидемпингового законодательства, к чему могут быть особенно чувствительны именно китайские продавцы.
Есть и другие опасения. «С точки зрения долгосрочной перспективы вступление России в ВТО окажет определенное давление на Китай», - говорит замдиректора отдела по исследованию международного рынка Института по международному торгово-экономическому сотрудничеству Минкоммерции КНР Бай Мин. «По сравнению с начальным периодом вступления Китая в ВТО, у России более прочная база в научно-техническом развитии, основные показатели выше, чем у Китая. Обычно первое десятилетие после вступления в ВТО считается прибыльным периодом. Вместе с тем, Китай переживает этап трансформации, слабеет преимущество КНР в дешевой рабочей силе. Россия благодаря этому прибыльному периоду добьется стремительного развития». Некоторые эксперты считают, что РФ после вступления в ВТО обгонит Китай в таких преимущественных сферах, как тяжелая промышленность. Прямо скажем, истинность или беспочвенность таких опасений Поднебесной предстоит проверить нескоро.
Отношения с Китаем после года в ВТО: все впереди
Особенную нелюбовь китайских партнеров вызывает «серая растаможка». На победу над ней в свете пришествия норм ВТО уповают особенно сильно. Хотя уничтожение этой практики, несомненно, шаг к оздоровлению торговли, в кратко- и даже среднесрочной перспективе «прикрытие лавочки» нанесет удар по МП и СП, уже встроившимся в «серые» схемы. Однако эти события пока еще в перспективе.
Теоретически вхождение в ВТО должно всерьез отразиться на логистике товарооборота с КНР. Мало-помалу должен возрасти товаропоток с юга, в т.ч. и транзитный.
Наиболее оптимистичные ожидания могут позволить себе операторы контейнерных перевозок: снижение пошлин простимулирует рост импорта, а он составляет значительный процент оборота. Однако на практике на рынке игроки остались «там же и те же». Крупные иностранные операторы уже были у нас; мелкие – не поспешили, едва мы оказались членом ВТО. «Поспешишь – людей насмешишь», - хорошо известная логистам наука. Для перестройки транспортных цепочек нужно время.
После вступления в ВТО Россия потеряла лидерство среди мировых экспортеров древесины.
Из ярких негативных результатов, причины которых списывают на ВТО, назовем потерю Россией лидирующего места среди экспортёров древесины в страны Азиатско-Тихоокеанского региона. На первое место теперь вышла Новая Зеландия, которая, по данным за несколько месяцев 2013 г., представленным «Дальневосточной газетой», поставила в КНР более 7,2 млн. м³ леса, в то время как Россия – 6,9 млн. м³. При этом доля Новой Зеландии на рынке по сравнению с прошлым годом выросла на 38,5%, ну, а доля российских поставок сократилась на 11%. По мнению эксперта ассоциации по поддержке бизнеса "Партнёр-Омск" Сергея Яшкина, ситуация является именно следствием вступления России в ВТО.
Пусть продажа сырья – не самый интенсивный путь государственного торгового развития, но уступать Новой Зеландии все же обидно. Являются ли подобные прецеденты свидетельством «гибельности пути» в ВТО? Вряд ли. В ситуации «мы в ВТО» можно найти плюсы и минусы, она сложна и многоаспектна.
Как развернется все в будущем, в том числе и по отношению к Китаю, зависит от тех решений, которые еще только будут приняты.
Не случайно еще одним отдаленным вызовом, который встает перед Поднебесной после вхождения РФ в ВТО, оказывается вопрос о качестве китайских инвестиций. Сейчас они краткосрочны, и это вполне оправдывает себя, но в перспективе – в перспективе! – если в жизнь воплотится оптимистический сценарий нашего развития в ВТО, серьезная отдача воспоследует не от безыскусного производства ширпотреба, а от вложений в проекты инфраструктурные.
Успешное будущее России – за развитием именно их; и, в таком случае, успех будущих инвестиций – тоже.
